Средоточие религиозной жизни человека есть сердце. Оно служит проводником в деятельность человека религиозных истин, и, следовательно, оно является главным хранителем и носителем религии. Поэтому религия внутренним образом действует на сердце и в нем, и через него достигает осуществления своих целей.
Каждый верующий человек имеет естественное стремление проявлять свои внутренние чувства внешним образом. И поэтому, “как скоро религия и ее истины усваиваются сердцем, так и в последнем возникает потребность внешне излить свой внутренний поток благоговения, рождаемого религиозным познанием.” [1]
Даже в религии первобытных людей было заключено некоторое духовное ядро. Человек смутно, инстинктивно сознавал, что он оторван от божественной жизни, что он нарушил веления Божии. И принося на жертвенник плоды своих трудов (охоты, земледелия), он в наивной форме, но искренне выражал свое стремление восстановить разрушенное единение с Небом. Этим объясняется тот факт, что в самых отдаленных местах языческого мира воздвигались храмы и алтари, всегда и везде религиозные чувства выражались в молитве, пении, всегда молящийся поднимал свой взор и руки к небу, всегда и везде склонял свою голову и становился на колени, всегда искал соответствующее его религиозному настроению средство для проявления своего благоговейного чувства к божеству. Таким образом, мы видим, что на какой бы степени духовного развития не стоял человек, он удовлетворяется только тогда, когда к своему внутреннему религиозному чувству присоединяет действие и внешним образом проявляет его. “Это явление обьясняется тем, – говорит свящ. Федор Хорошунов, – что человек чувствует в себе потребность излить внутреннее свое благоговение тем, что чувство его ищет своего, сообразно с природой, выражения и своего внешнего проявления, тем, что это проявление есть непосредственный язык жизни чувства, тем, что человек чувствует влечение показать, что это проявление имеет необходимую связь с его верой, с его внутренним благоговением, и религиозным настроением. Вот где причина того, что мы находим везде, где только пробуждается религиозная жизнь, формы культа и религиозные обряды объясняются именно тем, что богослужение является, как согласный с природою естественный акт, как психологически необходимое выражение религиозной жизни человека.” [2] Исходя из этого, богослужение является для веры тем же, чем служит тело для души, – то есть необходимым естественным выражением религиозной жизни.
Если внешнее выражение религиозных чувств – это принадлежность всякой религии, то тем более оно как психологический акт, должно иметь место в религии Христианской, потому что здесь выражение их обуславливается личным отношением христианина к Богу и искренней любовью, которая связывает христианина с Ним. Этим взаимным отношением объясняется христианская ревность в построении и украшении храмов Божьих, в обогащении и развитии христианского искусства. Во всем этом проявляется дух искреннего благочестия, любви и религиозного одушевления ради славы Божьей – все это служит выражением свидетельства внутреннего религиозного настроения. Итак, если по естественному процессу духовной жизни и ее развитии каждый член Христианской Церкви в частности чувствует потребность обнаружить свое внутреннее благоговение, то тем более должно чувствовать в себе эту потребность религиозное общество верующих – Церковь. “Религиозное общество, – говорит свящ. Федор Хорошунов, – должно обнаружить присущую ему живую веру, благоговение и благочестивое одушевление; потому что общая вера и жизнь общества без внешнего выражения их не могут вноситься в общее сознание. Поэтому, оно не может положительно представить себя без общественного богослужения; то есть без общественного выражения во внешних действиях его веры и благочестивых чувств; потому что только тогда обнаружение внутреннего религиозного настроения общества становится совершенным и сильным, когда открыто и сообща в глазах братьев, выражает одинаковое убеждение и мысли, когда оно совершается перед целым светом, и когда весь мир знает, видит, замечает существование благоговейной веры и искреннего благочестия.” [3]
Православный храм имеет огромное значение в жизни христианина. Он для него есть прибежищем и преддверием отечества Небесного. “Дом наш на небе, – пишет еп. Феофан Затворник, – преддверием этого дома – храм земной.” [4]. Храм есть священное учреждение, которое является исключительным местом присутствия Бога на земле (Мф. 21, 13; Ин. 2, 16-17.), местом селения Славы Его (Пс 25, 8), в котором христианин вступает в живое общение с Господом. Здесь же приносится Богу бескровная жертва, в таинственных священнодействиях изливается на верующих благодать святого Духа, и здесь совершаются разного рода молитвословия, отрывающие наш дух от земли, возносящие его на Небо к престолу Божию. Он является жизненным центром православного человека, потому что это место совместной молитвы. Святитель Иоан Златоуст по этому поводу говорит следующее: “Молиться, – говорят, – мы можем дома. Сам себя обманываешь ты, человек! Дома, конечно, можно. Но нельзя так молиться, как в храме, где такое множество сердец возносится к Богу, сливаясь в единодушный вопль. Не так скоро ты будешь услышан, молясь Владыке сам по себе, как молясь с твоими братьями, ибо здесь, в храме, есть нечто большее, чем в твоей комнате: согласие, единодушие, союз любви.” [5]
Православный храм можно назвать училищем веры в собственном смысле, ибо в нем учат спасению души. Двери храма открыты для всех. Нигде так ясно и возвышенно не говорится о сокровенном веры и жизни, как в храме. По выражению святого Афанасия Великого, храм есть “всемирная гимназия”, в которой преподается ведение о Боге и духовной жизни. “Почему всемирная?” – спрашивает святитель и отвечает: “Потому, что в нее могут и должны приходить люди всех сословий, а если угодно, всяких вероисповеданий”. [6] В храме учат, как отстать от губящего душу греха и соединения с Богом, Источником света и блаженства. По мнению митрополита Филарета, храм, как вселенское училище веры, “привлек и переучил по-своему древле ученый мир”. [7] Небесная мудрость подается здесь в чтении божественных и отеческих творений, в содержании и чинопоследовании всякого служения, даже в форме и строении самого храма. “Архитектура храма, – говорит Евгений Трубецкой, – есть, вместе с тем, и проповедь: она возвещает собою тот новый жизненный стиль, который должен прийти на смену стилю звериному; она представляет собою положительную идейную противоположность тому биологизму, который утверждает свое безграничное господство над низшей природой и над человеком. Она выражает собою тот новый мировой порядок и лад, где прекращается кровавая борьба за существование, и вся тварь [8] с человечеством во главе собирается в храм”. [9] Поэтому храм внешним и внутренним своим видом эмоционально действуя на психологию человека, способствует его религиозному просвещению и нравственному совершенствованию.
Православный храм в силу своего чрезвычайного назначения занимает особенное место в ряду прочих человеческих учреждений. Своим видом он является величественным, изящным и благовенным. “Если всмотреться в само сооружение храма, – говорит профессор П. Кудрявцев, – то сразу видно, что здесь искусство во всех его видах – архитектура, ваяние, живопись и поэзия нашли для себя широкое применение”. [10] В учреждениях светского характера эти виды искуств находятся в разъединении и, если действует на человека, то разобщено и без одухотворяющей их общей идеи и цели. [11] В Православном храме все искусства сходятся и объединяются одним началом вдохновения, одною целью, проникнуты одним духом христианского благоговения к Богу и служения Богу. Причем, все человеческие искусства, воплощенные в Православном храме, отличаются от обычного их мирского проявления свойством самой высокой чистоты и важности, запечатлены духом красоты и христианской святости, которая одна только может возвысить, оживить и одухотворить всякую чувственную красоту. Только при таком одухотворении архитектурных мотивов, красок и звуков человеческому духу открывается что-то неземное, бесконечно чистое и возвышенное, словом, святое. [12]
Облик христианского храма вырабатывался веками, приобретал в каждой стране и в каждую эпоху свой неповторимый характер. [13]
Искусство, как проявление одной из светлых сторон человеческого духа, не могло избежать того или иного влияния со стороны религиозных мотивов. В стремлении человека к прекрасному, находящему свое выражение в художественном творчестве, всегда обнаруживалось глубокое психологическое сходство со стремлениями религиозными. Высший идеал прекрасного, воплощенный в Боге, и к Богу направлял все лучшие эстетические стремления человека. Богу, как Высочайшей красоте, человек чувствовал потребность отдать все самое лучшее и прекраснейшее, имеющееся в его распоряжении. Отсюда, все искусства человеческие возникают на почве религиозных побуждений и принимают в значительной мере религиозную окраску. Искусство всегда шло и должно идти на службу религии, как лучшее приношение человека Богу. Так, архитектура- старейшее в мире искусство, нашла себе достойное применение в сооружении самого здания Православно-христианского храма.
В архитектуру храма закладывается определенная идея. Он понимается как начало, которое должно господствовать в мире. Храм олицетворяет собою иную действительность, то небесное будущее, которого человечество еще не достигло, но стремится к нему. «Величественность Православного храма, – говорит проф. Прилуцкий В.Д., – есть именно архитектурное выражение и отражение духа христианства, переродившегося и запечатленного в здании. Христианство, стремящееся к небу, и своды своих храмов возводило как: грандиозные, уходящие ввысь. Храмы невольно заставляют нас отрывать глаза от земли и своими высокими колоннами, сводами и куполами устремляют взоры и души верующих в сферы надземные, к миру духовному. В высоте Православных храмов выражается отличительное стремление христианства к небу; в ней и самим камням придается тоска земная и горячее желание неба, стремление к высшему, порывы в горняя» [14]
Многочисленные скульптурные орнаменты и украшения на наружных стенах храма, имеющие религиозно-символическое значение, оживляют все здание и как бы очищают камень от его грубой природы, делают храм не столько вещественным, материальным сооружением, сколько духовным символом небесного жилища Божия. Поэтому храм можно назвать «плодом взаимного движения Бога к человеку и человека к Богу». [15]
Православный храм имеет различные архитектурные формы, символизирующие идеи христианского учения. Так, например, он имеет вид корабля, как символа плавания христианской церкви по бурному житейскому морю и направлению пути его к небесному пристанищу [16]; либо – вид креста, как символа непобедного пребывания Церкви на земле [17], или вид звезды и круга – символ путеводной звезды среди разнообразных мнений и заблуждений этого мира и будет существовать до скончания века. [18] Вверху здания храм выводится сводом и украшается куполом, что уподобляет его своду небесному. Число куполов на храмах бывает различно, но опять-таки не случайно, а соответственно идее христианского учения. Купола непременно увенчиваются крестами, как знамением победы над дьяволом и всеми врагами нашего спасения. [19]
Внешний величественный вид Православного храма не может не повлиять на чувства человека, даже безразличного к религии, не говоря уже о верующих христианах, в которых выработалось положительное его восприятие.
Символикой подчеркивается глубокая мистериальность храма, «как священного здания, своей священностью отдельного от профанного и ему противостоящего». [20] Впечатление, производимое на душу этой олицетворявшеюся в него силою, до того неотразимо, что ему невольно подчиняется созерцатель, на какой бы степени развития он ни стоял, каково бы ни было ею внутреннее настроение. Присоединив этому особенную таинственность, которой дышит храм. [21]
Отбор информации из окружения, эмоционально окрашивающей ее в процессах восприятия, определяется внутренними причинами, прежде всего, потребностями людей. При этом сами человеческие эмоции рождаются из столкновения потребностей и возможностей их удовлетворения окружающей действительностью, из взаимодействия потребностей и возможности их удовлетворения. [22]
Храм, как архитектурная среда, создавая материальные условия для удовлетворения духовных потребностей, несет определенную информацию о возможности их удовлетворения. «Религиозным сознанием, – говорит митрополит Владимир, – храм воспринимается как … явление Царства Божия на земле». [23] Поэтому, Церковь всегда высоко, над кровлями домов, подымает увенчанную крестом главу, чтобы напоминать постоянно христианину, что заботы о душе должны возвышаться над заботами земной, трудовой жизни. [24] Таким образом, Церковь напоминает человеку о существовании Бога и о возможности молитвенного соединения с Ним. Об этом ярко нам свидетельствует житиё преподобной Марии Египетской. [25]
Существование в архитектуре храма характерных качеств, символизирующих присутствие Бога, делает его своеобразным полем эмоционального контакта. Подобно тому, как дом, наполненный предметами, с которыми связаны воспоминания о близких людях и памятных событиях, становится дорогим для сердца человека. “Само представление о храме, –говорит профессор П. Лашкарёв, – как видимом жилище Бога указывает на присутствие Верховного Существа в обыденной среде человеческой жизни, носило в себе лучшие условия к тому, чтобы осваивать человека с непрестанною мыслию о Боге”. [26]
Внешний вид Православного храма не только даёт возможность человеку усматривать в нём признаки незримого присутствия Божия, но и он ощущает Его отношение к самому себе.
Храм, как и священные изображения, служит одним из каналов эмоционального контакта с Богом. “Святое Благоговение к храму породило множество святых обычаев у христиан, являющихся выражением глубокой веры в благодать, исходящую от святынь дома Божия. Давно сложился святой обычай молиться перед тем, как идти в храм, находя в смирении души благодатную силу для вхождения в храм с верою и благоговением, и страхом Божиим. Вступая в храм, древние христиане в знак благодарности к святому месту лобызали алтарь, двери и пороги храма”. [27] Но если священные изображения – это средство более прямой передачи информации, то архитектура храма несет её в гораздо опосредованной форме, хотя природа возникновения эмоций остаётся общей, несмотря на своеобразные способы их передачи.
Таким образом, архитектурное сооружение храма, реально служит богатым источником эмоций и чувств, отражающих фундаментальную человеческую потребность в эмоциональном контакте с Богом. И чтобы понять священное значение храма в жизни человека, нужно всецело вобрать в себя благодатную атмосферу этого поистине святого места, и тогда откроется перед взором христианина мир Красоты, Вечности, который заполнит его душу, сообщит ей новые жизненные силы и придаст новый жизненный стимул деятельности.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ И ПРИМЕЧАНИЯ
- Смирнов Н. Существенные свойство Богослужения Православной Церкви и составные его части. Пенза, 1875. С. 22.
- Хорошунов Ф. , свящ. Православная Христианская литургика, Ставрополь, 1877. С. 58
- Там же С. 59.
- В психологической литературе слово «потребность» определяется, как «состояние организма, человеческой личности, социальной группы, общества в целом, выражающее зависимость от объекта содержания условий и существования и развития». (Психологический словарь. М. , 1983. с. 270). Что же касается «религиозной потребности человека», то здесь мнения психологов расходятся. Так, например, субъективистки настроение психологии исходят из того, что р. п. индивида определятся специфическими особенностями его психики. Представители биологизаторской тенденции в психологии религии пытаются обьяснить р. п, исходя из функций человеческого организма, психоаналитики обьявляют ее следствием нереализованных бессознательнных влечений и желаний. (см. Угринович Д.М., Психология религии. М. , 1986. С. 264-265) Теологически ориентирование психологи считают, что р. п. личности, которая реализуется в вере в Бога, есть результат “встречи с Богом”, которая произошла в душе человека: эта встреча обусловлена божественным творением каждой человеческой души и внешне выражается в Богопочтении или богослужении. (Угринович Д. М., Указ. соч. с. 265. Ср. : Ченчини Амедо. Любитимеш Господа Бога твого: Психологія зустрічі з Богом. Львів, 1993.C. 82)
- Феофан. еп., Наши отношения к храмам. М. , 1900. C 4.
- Цит. по:Федоров В. , доц. прот. Храм и богослужение. Праздники и посты. // Катехизис. К. , 1991. C. 349.
- Филарет, митр. Московский. Слова и речи. T. V М. , 1848. C. 478
- “Это – не та тварь, которую мы видим теперь на земле, а тварь, какою ее замыслил Бог в своей Премудрости, прославленная и собранная во храм, – в живое и, вместе с тем, архитектурное целое” (Трубецкой Ев. , князь. Три очерка о Русской иконе М. , 1991. С. 25. )
- Там же. С. 25
- Кудрявцев П. П. , проф. В храм и приход. К. , 1907. C. 24
- Архитектура и эмоциональный мир человека. М. , 1985. C. 83.
- Кахомский С. В. Благолепие богослужения при бедности обстановки. // Руководство для сельских пастырей 1898. №23 C. 123.
- см. Дмитриева Н. А. Краткая история искусств. Вып. 1. М. , 1968. C. 117
- Прилуцкий В. Д. , проф. Лекции по церковной археологии. КДА.. 1909.C. 114.
- Ничипоров Б. В. свящ., Введение в христианскую психологию. М. , 1994.C. 87
- Антонов Н. Р. свящ., Храм Божий и Церковные службы. С-Петербург, 1912. C. 23
- Смолойдович Д., Литургика или наука о богослужении Православной Восточной Церкви. К. , 1861.C. 24
- Гавриил архим., Руководство по литургике или наука о Православном богослужении. , ч. 1. Тверь, 1886.C. 280.
- Смолойдович Д. Указ. соч. C. 25
- Шмеман А. Введение в литургическое богословие. Париж, 1961. С. 133
- Лашкарев П. , Религиозная Монументальность. Из лекций по литургике. К. , 1866. С. 98.
- см. Райковский Я. Экспериментальная психология эмоций. М. , 1979. С. 36-48.
- Владимир (Сабодан) митр., Эклизиология в отечественном богословии. К. , 1997.С. 158.
- Лашкарев П. Указ. соч. С. 101
- Краткие сведения о праздниках Православной Церкви и сказания о житии особенно чтимых святых. М. , 1991. С. 134.
- Лашкарев П. Указ соч. С. 95.
- Цит. по: Евлогий, архим. Храм Божий // ЖМП. 1973. №10.C. 76.
Прот. Александр Богданов ( викладач ВДС,кандидат богослов’я)
Переглядів: 96